c045843e

Андреев Леонид - Жизнь Человека



Андреев Леонид
Жизнь Человека
Пролог
Некто в сером, именуемый Он, говорит о жизни Человека. Подобие большой,
правильно четырехугольной, совершенно пустой комнаты, не имеющей ни двери, ни
окон. Все в ней серое, дымчатое, одноцветное: серые стены, серый потолок,
серый пол. Из невидимого источника льется ровный, слабый свет - и он так же
сер, однообразен, одноцветен, призрачен и не дает ни теней, ни светлых бликов.
Неслышно отделяется от стены прильнувший к ней Некто в сером. На Нем широкий,
бесформенный серый балахон, смутно обрисовывающий контуры большою тела; на
голове Его такое же серое покрывало, густою тенью кроющее верхнюю часть лица.
Глаз Его не видно. То, что видимо: скулы, нос, крутой подбородок, - крупно и
тяжело, точно высечено из серого камня. Губы Его твердо сжаты. Слегка подняв
голову, Он начинает говорить твердым, холодным голосом, лишенным волнения и
страсти, как наемный чтец, с суровым безразличием читающий Книгу Судеб.
- Смотрите и слушайте, пришедшие сюда для забавы и смеха. Вот пройдет
перед вами вся жизнь Человека, с ее темным началом и темным концом. Доселе
небывший, таинственно схороненный в безграничности времен, не мыслимый, не
чувствуемый, не знаемый никем, - он таинственно нарушит затворы небытия и
криком возвестит о начале своей короткой жизни. В ночи небытия вспыхнет
светильник, зажженный неведомой рукою, - это жизнь Человека. Смотрите на
пламень его - это жизнь Человека.
Родившись, он примет образ и имя человека и во всем станет подобен другим
людям, уже живущим на земле. И их жестокая судьба станет его судьбою, и его
жестокая судьба станет судьбою всех людей. Неудержимо влекомый временем, он
непреложно пройдет все ступени человеческой жизни, от низу к верху, от верху к
низу. Ограниченный зрением, он никогда не будет видеть следующей ступени, на
которую уже поднимается нетвердая нога его; ограниченный знанием, он никогда
не будет знать, что несет ему грядущий день, грядущий час - минута. И в слепом
неведении своем, томимый предчувствиями, волнуемый надеждами и страхом, он
покорно совершит круг железного предначертания.
Вот он - счастливый юноша. Смотрите, как ярко пылает свеча! Ледяной ветер
безграничных пространств бессильно кружится и рыскает, колебля пламя, - светло
и ярко горит свеча. Но убывает воск, съедаемый огнем. Но убывает воск.
Вот он - счастливый муж и отец. Но посмотрите, как тускло и странно
мерцает свеча: точно морщится желтеющее пламя, точно от холода дрожит и
прячется оно. Ибо тает воск, съедаемый огнем. Ибо тает воск.
Вот он - старик, больной и слабый. Уже кончились ступени жизни, и черный
провал на месте их, - но все еще тянется вперед дрожащая нога. Пригибаясь к
земле, бессильно стелется синеющее пламя, дрожит и падает, дрожит и падает - и
гаснет тихо.
Так умрет Человек. Придя из ночи, он возвратится к ночи и сгинет бесследно
в безграничности времен, не мыслимый, не чувствуемый, не знаемый никем. И Я,
тот, кого все называют Он, останусь верным спутником Человека во все дни его
жизни, на всех путях его. Не видимый Человеком и близкими его, Я буду
неизменно подле, когда он бодрствует и спит, когда он молится и проклинает. В
часы радости, когда высоко воспарит его свободный и смелый дух, в часы уныния
и тоски, когда смертным томлением омрачится душа и кровь застынет в сердце, в
часы побед и поражений, в часы великой борьбы с непреложным - Я буду с ним. Я
буду с ним.
И вы, пришедшие сюда для забавы, вы, обреченные смерти, смотрите и
слушайте:



Назад