c045843e

Андреев Леонид - Океан



Андреев Леонид
Океан
Действие происходит в 1782 году.
Картина 1
На океан ложатся мглистые февральские сумерки. Недавно был снег, но
растаял, и теплый воздух тяжел и влажен; в глубину материка неслышными
толчками гонит его морской юго-западный ветер и на смену приносит свой -
душисто-острое сочетание морской соли, безграничной дали, ничем не
нарушаемого, свободного и таинственного простора. В той стороне, где должно
садиться солнце, происходит бесшумное разрушение неведомого города, неведомой
страны: в огне и дыме рушатся здания, пышные дворцы с башнями; целые горы
расседаются бесшумно и клонятся медленно, падают долго. Но ни крика, ни стона,
ни грохота падения не доносится на землю - чудовищная игра теней совершается
бесшумно; и безгласно приемлет ее, отражая слабо, к чему-то готовый, чего-то
ждущий великий простор океана.
Тишина и в рыбацком поселке. Рыбаки ушли на ловлю, дети спят и только
беспокойные женщины, собравшись у домов, разговаривают тихо, медлят отойти ко
сну, за которым всегда стоит неизвестность. Свет моря и неба позади домов, и
дома и темные крыши их черны и остры, и нет перспективы: и дальние и близкие
стоят рядом, как бы входят один в другой, обнимаются крышами и стонами, жмутся
друг к другу, охваченные тем же беспокойством вечной неизвестности. Тут же и
маленькая церковь, боковая стена ее, сложенная грубо из гранитных необтесанных
камней, с глубоким затаившимся окном.
Осторожный звук женских голосов, смягченных беспокойством и наступающей
ночью.
- Сегодня можно спать спокойно. Море тихо, и прибой бьет как часы на
колокольне у старого Дана.
- Они придут с утренним приливом. Муж сказал, что они придут с утренним
приливом.
- А может быть с вечерним: лучше думать так, чтобы не ждать напрасно.
- Но печь надо топить.
- Когда мужчин нет в доме, то не хочется зажигать и огня. Я никогда не
зажигаю огня, даже когда не сплю, мне кажется, что огонь приносит бурю. Лучше
притаиться и молчать.
- И слушать ветер? Нет, это страшно.
- А я люблю огонь. Я и спать хотела бы при огне, но муж не позволяет.
- Почему не идет старый Дан? Уже пора вызванивать часы.
- Сегодня Дан будет играть в церкви: он не терпит тишины, как сегодня.
Когда море ревет, Дан прячется и молчит - он боится моря. Но стоит волнам
умолкнуть, Дан тихонько выползает и садится за свой орган.
Женщины тихо смеются.
- Он упрекает море.
- Жалуется на него Богу. Он очень хорошо жалуется: хочется плакать, когда
он рассказывает Богу о погибших в море. Мариетт, ты видела сегодня Дана?
Отчего ты молчишь, Мариетт?
Мариетт, приемная дочь аббата, в доме которого живет и старый Дан,
органист. Задумавшись глубоко, Мариетт не слышит вопроса.
- Мариетт, ты слышишь? Анна спрашивает тебя, видела ты сегодня Дана?
- Да, кажется. Не помню. Он в своей комнате. Он не любит уходит из
комнаты, когда отец уезжает на рыбную ловлю.
- Дан любит городских священников. Он никак не может привыкнуть к тому,
что священник ловит рыбу, как простой рыбак и уходит в море с нашими мужьями.
- Он просто боится моря.
- Как хотите, но, по моему мнению, у нас - самый лучший в мире священник.
- Это правда. Я его боюсь, но люблю, как отца.
- Прости меня Бог, но я гордилась бы и радовалась постоянно, если бы была
его приемной дочерью. Слышишь, Мариетт?
Женщины тихо и ласково смеются.
- Ты слышишь, Мариетт?
Мариетт отвечает:
- Слышу. Но разве вам не надоело смеяться все над одним и тем же? Да, я
его родная дочь - неужели это так смешно, что вы будете смеятьс



Назад